Кому-то интеграция понятия «родина» удавалась быстро, кому-то с трудом и позже. Уже после нескольких пройденных авторов, через творчество которых красной нитью протянулась это медузообразное понятие, добрые три четверти класса с каким-то металлическим блеском в глазах читали ошлифованные о титанические волки цензуры необыкновенно пронзительные стихи, делая на слове «Родина» ударение.

У вашего ребенка патологическое «слово-нетерпение», - нагло заявляла учительница моим родителям, помещая некий смысл в последние два слова, который явно был недосягаем простому человеку.

Однажды я честно пытался понять это магическое словосочетание «Малая родина», а точнее, магически воздействующее на окружающих. Я допустил ее существование и попытался оформить свое отношение к ней. Но как бы я ни выводил одну за другой заглавную прописную букву «Р», сколько не закрывал глаза и нее помещал себя в пространство координат этой допустимой системы, никакой реакции, хотя бы издалека напоминающей реакцию моих одноклассников, получить не удавалось. Я   сделал вывод, что подобная моя болевая точка просто редуцировала, и принял решение оставаться в каком-то смысле инвалидом, но продолжать жить без «Малой Родины». Свое сознание я мог ограничить разве что вселенной, убежденной частью которой являюсь до сих пор.

Я - часть вселенной!